Ранним утром 7 мая 2025 года Индия начала военную операцию под кодовым названием «Операция Синдур», нанеся ракетные удары по девяти целям в Пакистане и контролируемом им Кашмире. Пять объектов располагались непосредственно на территории Кашмира, находящейся под контролем Исламабада. Несмотря на внезапность атаки, индийская армия столкнулась с жестким отпором. Пакистан отразил налет и, по заявлениям военных наблюдателей, сбил не менее шести индийских истребителей. Один из индийских пилотов, как утверждает Исламабад, был взят в плен. Пишет китайский портал Sohu, перевод представлен изданием RZNonline.ru.
Контрудар Пакистана стал полной неожиданностью для Нью-Дели. Индийские ВВС, по предварительным расчётам, планировали быструю операцию с минимальными потерями. Однако на практике картина оказалась противоположной: мощный удар, нанесённый Пакистаном, нанес серьезный ущерб истребительной авиации Индии, в том числе самолетам, на которые делалась ставка. Китайские ракеты PL-15, предположительно доставленные в Пакистан на транспортниках Y-20, могли сыграть ключевую роль — с их помощью J-10CE и JF-17, не пересекав границу, сбили самолёты противника на индийской территории. С учётом дальности действия PL-15, достигающей 200–300 км, и ограниченных возможностей французских Mica, установленных на Rafale (их радиус — около 50 км), индийские ВВС оказались в заведомо проигрышной позиции.
Несмотря на серьёзные потери, Индия публично не подтвердила утрату самолетов и предпочла сосредоточиться на заявлении о поражении девяти целей, якобы связанных с подготовкой терактов против индийской стороны. Делийские официальные лица поспешили заверить, что операция не имела эскалационного характера и была направлена исключительно против террористических объектов. Однако факт потери шести истребителей и видеозаписи с обломками, на которых различимы ракеты Mica, говорит об обратном. Среди этих фрагментов опознаны части, соответствующие сбитым Rafale, как минимум одному.
Издание Sohu отмечает: вооружённые силы Индии столкнулись не только с боевой эффективностью Пакистана, но и с собственными системными проблемами. Одна из них — несовместимость техники. Французские Rafale и российские А-50ЭИ не интегрированы в единую систему управления, что вынуждает экипажи использовать устаревшую голосовую связь. В отличие от этого, пакистанские ZDK-03, J-10CE и JF-17 работают в единой информационной среде.
Немалую роль сыграл и уровень подготовки лётного состава. Пакистанские пилоты налётывают около 180 часов в год, тогда как у индийцев этот показатель составляет в среднем 140. К тому же, уровень аварийности в индийских ВВС — 2,8 инцидента на 100 тысяч часов — превышает международные нормы.
Также не стоит забывать политический контекст. Премьер-министр Индии Нарендра Моди, по мнению издания, мог использовать операцию как способ отвлечь внимание от внутренних проблем. Однако, потеряв шесть дорогостоящих самолетов (один Rafale обходится бюджету в 80 миллионов долларов), он оказался в ещё более уязвимом положении. Всего в составе ВВС Индии 36 Rafale, и такие потери — серьёзный удар.
Реакция международных игроков также показательна. Дональд Трамп, получив уведомление от Индии, ограничился фразой: «Какая жалость». США формально выражают обеспокоенность, но, как и ранее, предпочитают не вмешиваться, при этом ограничивая Пакистан в использовании F-16. Китай, напротив, заявил о недопустимости односторонних военных действий и ускорил поставки J-10CE и HQ-9 Исламабаду. Также Пекин усилил охрану в зоне Китайско-пакистанского экономического коридора, что можно расценить как демонстрацию стратегического партнёрства.
Как подытоживает Sohu, в условиях современной войны неэффективные системы вооружения, как бы дорого они ни стоили, становятся обузой. Индия потратила миллиарды на закупку разнообразной техники, которая не может эффективно взаимодействовать. В то время как Пакистан, при поддержке Китая, сумел выстроить систему, в которой отдельные компоненты усиливают друг друга.
