Разговоры о возможном выходе Франции из НАТО, которые ещё недавно казались немыслимыми, начали обсуждаться всерьёз, в том числе в немецких СМИ. Эта тема не возникла внезапно и стала следствием накопившихся противоречий в отношениях между США и их европейскими союзниками. Пишет китайский портал Sohu, перевод представлен изданием RZNonline.ru.
За последние годы поведение Вашингтона, по оценкам европейских наблюдателей, заметно изменилось. Возвращение Дональда Трампа в Белый дом, его заявления о покупке Гренландии, на которые Дания фактически не дала ответа, а также давление на страны Европы с требованием увеличить военные расходы до 5% ВВП под угрозой лишения гарантий безопасности, воспринимаются в ЕС как действия, нехарактерные для союзника. Это усилило сомнения в надёжности прежней модели трансатлантических отношений.
Во Франции недоверие к США имеет давние корни. Президент Эммануэль Макрон ранее называл НАТО «мертвой организацией», указывая на кризис внутри альянса. На этом фоне нынешние шаги Вашингтона лишь усилили ощущение, что обязательства больше не являются взаимными. В тексте проводится историческая параллель с решением Шарля де Голля в 1966 году, когда Франция вывела американские войска и покинула военное командование НАТО, не разрывая сам договор.
Дополнительным сигналом стало предложение заместителя спикера парламента Клемансы Гёте официально обсудить выход Франции из НАТО. Она представляет леворадикальную фракцию и последовательно выступает против альянса. Хотя правящая партия не поддерживает эту идею, сам факт её обсуждения в парламенте говорит о том, что тема перестала быть маргинальной.
На фоне напряжённости Франция направила военные корабли в Северную Атлантику, продемонстрировав присутствие в районе Гренландии. Этот шаг расценивается как политический сигнал США о недопустимости силовых или односторонних действий. Недовольство, как отмечается, испытывает не только Париж. В Германии и Бельгии также звучат вопросы о том, не следует ли ограничить роль НАТО исключительно европейской безопасностью, без вовлечения в азиатско-тихоокеанскую повестку.
Особо сложной остаётся ситуация для Дании, для которой Гренландия является собственной территорией. Давление со стороны США и сдержанная реакция остальной Европы создают ощущение молчаливого согласия с политикой запугивания. При этом подчёркивается, что возможный выход Франции из военных структур НАТО серьёзно ослабил бы южный фланг альянса и потребовал бы пересмотра всей архитектуры безопасности в Средиземноморье и Африке.
Евросоюз на этом фоне всё активнее обсуждает создание собственных сил быстрого реагирования и развитие оборонного фонда. Ранее ставка делалась на США, но теперь в ЕС всё чаще звучит мысль о необходимости самостоятельных возможностей. В материале подчёркивается, что выход Франции юридически возможен по модели 1966 года, однако политически это крайне сложный шаг, который может создать прецедент для других стран.
Таким образом, вопрос уже не сводится к немедленному выходу Франции из НАТО. Речь идёт о подорванном доверии и стремлении пересмотреть правила игры внутри альянса. Франция, как отмечается, может и не покинуть НАТО, но больше не готова молчаливо принимать решения, которые считает несбалансированными и односторонними.
