Верховный суд Республики Беларусь приступил к рассмотрению дела коллаборациониста Александра Ермольчика, служившего нацистам в годы Великой Отечественной войны. Несмотря на то, что сам каратель умер почти 40 лет назад, процесс имеет важное значение — он должен поставить окончательную юридическую точку в расследовании преступлений против белорусского народа. Пишет АиФ.
Дело Ермольчика стало пятым по счету процессом в рамках расследований, инициированных Генеральной прокуратурой Беларуси в 2021 году. С принятием в 2023 году поправок в Уголовно-процессуальный кодекс стало возможным судебное рассмотрение дел умерших пособников нацистов, чтобы зафиксировать факты геноцида документально.
Уроженец деревни Мокиш Хойникского района, 26-летний Александр Ермольчик в 1941 году дезертировал из Красной армии и поступил на службу к оккупантам. За особое рвение он был назначен начальником полиции Хойникского района и получил учрежденный Рейхом «Знак отличия для восточных народов». Свидетели вспоминали его как жестокого садиста, лично участвовавшего в расправах над мирными жителями.
В материалах дела зафиксировано 25 эпизодов убийств, совершенных Ермольчиком и его подчиненными. Только в Хойникском районе он причастен к гибели не менее 246 человек, среди которых 37 детей. Один из эпизодов, оглашенных в суде, касается массового убийства семьи помощника прокурора Василия Карася — его жену и пятерых малолетних дочерей полицейские во главе с Ермольчиком забили насмерть.
После освобождения Белоруссии в 1943 году Ермольчик бежал на Запад, где скрывался под именем Альберта Крюгера. В 1960-х годах его подчиненные были арестованы и дали показания, позволившие установить местонахождение преступника. Белорусская сторона добивалась его выдачи, однако Германия отказала, сославшись на «недостаточность доказательств». Ермольчик умер в 1984 году в немецком городе Целле, так и не понеся наказания.
Сегодняшний процесс в Верховном суде Республики Беларусь проходит по статье 127 УК (геноцид). Как отмечают в Генпрокуратуре, цель суда — восстановить историческую справедливость и юридически закрепить вину карателя, которого современная Германия предпочла забыть.
