Израиль оказался в крайне тяжёлой ситуации после начала боевых действий с Ираном. Об этом заявил востоковед Семён Багдасаров, чьи слова приводит издание. По его мнению, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, предупреждая граждан о сложностях, и сам не до конца представлял масштаб грядущих испытаний. Пишет ВД.
По словам Багдасарова, уже сейчас очевидно, что иранские силы сумели прорвать эшелонированную систему противовоздушной обороны Израиля. Если в начале конфликта Тегеран применял устаревшие ракеты начала 2000-х годов, то в последних ударах использовались современные типы вооружения, в том числе гиперзвуковые ракеты «Фатех-2» и «Хадж Касем». Последняя — новейшая разработка с боевой частью массой до тонны взрывчатки, которая способна пробивать любую израильскую ПВО. Она названа в честь генерала Касема Сулеймани, ликвидированного США.
Эксперт также подчеркнул, что параллельно с ракетными ударами Иран активно ведёт кибервойну. Цифровые атаки на израильские системы ПВО заставляют их сбоить и ошибаться, что снижает эффективность обороны. Такая тактика позволяет иранской стороне наращивать ударную мощь и добиваться успехов там, где ранее считалось, что оборона непробиваема.
Отдельное внимание Багдасаров уделил беспилотным аппаратам, находящимся на вооружении Ирана. По его словам, Тегеран обладает серьёзным парком дронов, включая новейшие ударные «Шахед-107», а также многоразовые тяжёлые беспилотники-бомбардировщики, которые пока ещё не применялись в конфликте. Эксперт отмечает, что этот арсенал представляет собой серьёзную угрозу и может быть задействован в любой момент.
Что касается ракетных запасов, то, по оценке Багдасарова, у Ирана их достаточно для ежедневных массированных ударов в течение месяца. Это даёт Тегерану стратегическую глубину и возможность оказывать давление на Израиль в затяжной перспективе.
Востоковед приходит к выводу, что на сегодняшний день иранская сторона располагает серьёзным военным и технологическим потенциалом, а масштаб удара, который может быть нанесён, — это то, к чему Израиль, по всей видимости, оказался не готов.
