Спустя восемь с половиной лет после громкого объявления о запуске совместной программы Франции и Германии по созданию нового боевого самолета проект Système de combat aérien du futur, более известный как SCAF, оказался в глубоком кризисе. Об этом пишет Le Monde в материале Эльзы Конеза и Оливье Пино. Несмотря на многомиллиардные вложения, разработка фактически застопорилась, а разногласия между участниками только усиливаются.
Инициатива была представлена 13 июля 2017 года как символ обновленного франко-германского партнерства при президенте Эммануэле Макроне и канцлере Ангеле Меркель. Предполагалось, что SCAF станет крупнейшим оборонным проектом в истории Европы с общим бюджетом около 100 миллиардов евро. В 2019 году к программе присоединилась Испания. Однако спустя годы переговоров государства и ключевые промышленные игроки — французская Dassault Aviation и объединенный концерн Airbus — так и не смогли согласовать базовые параметры будущего истребителя и распределение ответственности.
Речь идет не только о самом самолете нового поколения, но и о шести его ключевых компонентах, включая двигатель, тактическое облако, датчики, боевые дроны, стелс-технологии и общую системную архитектуру. В проекте задействованы Safran, Thales, Indra и MTU. Тем не менее, как признал канцлер Германии Фридрих Мерц в подкасте Machtwechsel, Париж и Берлин расходятся в требованиях к характеристикам машины. Франция настаивает на возможности размещения ядерного вооружения и использовании с авианосца, что не соответствует текущим задачам Бундесвера.
В Елисейском дворце подчеркивают приверженность Макрона успеху SCAF, однако отмечают, что затянувшиеся споры вызывают недоумение на фоне необходимости демонстрации европейского единства. Министр обороны Германии Борис Писториус заявил, что между лидерами нет конфликта, но признал наличие скепсиса. По его словам, даже возможный отказ от проекта не станет концом франко-германских отношений.
Политики обеих стран начали публично говорить о трудностях и перекладывать ответственность за тупик на промышленный сектор. Министр вооруженных сил Франции Катрин Вотрен в интервью BFM-TV заявила, что именно производители должны предложить выход из сложившейся ситуации. Между тем, по данным Le Monde, центр разработки на базе Dassault Aviation в Сен-Клу фактически приостановил работу, что ставит под угрозу загрузку инженерных мощностей компании уже к 2026 году.
Dassault Aviation и Airbus продолжают выпускать собственные истребители — Rafale и Eurofighter, созданный в консорциуме с BAE Systems и Leonardo. Разногласия касаются, в том числе, статуса генерального подрядчика и распределения полномочий. Французская сторона настаивает на расширении своих управленческих прав, тогда как в Германии считают позицию Dassault попыткой получить преимущество в случае провала SCAF и перехода к полностью национальному проекту.
Эксперты отмечают, что даже при возможном распаде инициативы сотрудничество по отдельным направлениям, таким как двигатели или цифровая архитектура, может сохраниться. Однако изначальный замысел Эммануэля Макрона и Ангелы Меркель предполагал значительно более масштабную интеграцию оборонных усилий двух стран.
