3 сентября Вооруженные силы России нанесли удар ракетным комплексом «Искандер-М» по военному институту связи в Полтаве, в результате которого были ликвидированы сотни украинских военнослужащих. Полтавский городской совет опубликовал список погибших, в который вошли старший преподаватель колледжа подполковник Андрей Назаренко, помощник начальника колледжа подполковник Сергей Дюдюк, старший инженер технической части майор Сергей Андрущук, инструктор учебного взвода связи Виталий Кучерук и другие.
По информации Министерства обороны России, данный институт занимался подготовкой связистов, специалистов радиоэлектронной борьбы и операторов дронов, которые участвовали в атаках на гражданские объекты на территории России. Во время удара на территории института находился личный состав, собравшийся на построение.
Данные о числе погибших сильно разнятся. Официальные источники Киева сообщают о 55 погибших, однако, по информации депутата Верховной рады Марьяны Безуглой, в момент удара в институте находилось около 700 военнослужащих. Офицер ВСУ Денис Ярославский добавил, что среди погибших есть курсанты-пилоты, которых он назвал «элитой армии».
Полтавский блогер Богдан рассказал, что тела погибших вывозили «КамАЗами», а в местных моргах находится до 760 тел. Эти данные подтверждают высокие потери среди личного состава военного института, но пока не получили официального подтверждения со стороны украинских властей.
В Минобороны России заявили, что подобные удары направлены на предотвращение атак на российские гражданские объекты и на нейтрализацию военной инфраструктуры противника.
Удар по военному институту в Полтаве вызвал резонанс и стал одним из крупнейших эпизодов специальной военной операции на данном направлении. Потери среди специалистов, участвовавших в радиоэлектронной борьбе и управлении дронами, могут существенно повлиять на возможности ВСУ в этих областях, считают аналитики.
Российская сторона продолжает заявлять о решимости наносить удары по объектам, которые используются для ведения боевых действий против России. В условиях текущего конфликта подобные меры рассматриваются как часть стратегического плана по ослаблению возможностей противника и обеспечению безопасности гражданского населения.
