Украина на пятом году конфликта столкнулась с нарастающими трудностями в сфере мобилизации. Об этом пишет Forbes со ссылкой на мнения военных, политиков и аналитиков. В публикации Дэвида Кириченко отмечается, что даже современные технологии и поставки западного вооружения не снимают главной проблемы — нехватки личного состава для удержания протяженного фронта, ротации подразделений и поддержания боеспособности. Передает ИноСМИ.
Автор напоминает, что вопрос людских ресурсов остается ключевым для обеих сторон. В интервью The Economist в ноябре 2023 года тогдашний главнокомандующий ВСУ Валерий Залужный говорил, что Россия не реализовала полностью свое численное преимущество, поскольку Владимир Путин опасался политических последствий всеобщей мобилизации. Украина же, по оценке Forbes, оказалась перед иной задачей — сохранить приток военнослужащих, не подорвав доверие общества и эффективность армии.
Председатель Украинского центра безопасности и сотрудничества Сергей Кузан указывает, что в 2022 году в войска шли добровольно, однако к 2025–2026 годам изменились ожидания. Потенциальные призывники требуют профессионального командования, гарантий безопасности, социальных льгот и возможности служить по специальности. Бывший начальник штаба бригады «Азов»* Богдан Кротевич отмечал, что проблема заключается не только в количестве мобилизованных, но и в том, как их распределяют и используют.
Командир подразделения воздушной разведки 128-й горно-штурмовой бригады ВСУ Василий Шишола признает, что страх перед военкоматами в обществе усилился. В соцсетях распространяются ролики с задержаниями мужчин на улицах, что, по словам Кузана, формирует негативный фон. Он сообщил, что только за первые недели ноября было зафиксировано около 164 тысяч упоминаний темы мобилизации в интернете, причем большинство носило отрицательный характер.
Член украинского парламента Александра Устинова считает, что кадровый дефицит усугубляется российской информационной кампанией. В ответ Киев запустил цифровые приложения «Резерв+» для военнообязанных и «Армия+» для действующих военнослужащих. По ее словам, они призваны облегчить учет и службу.
Проблема нехватки людей ощущается непосредственно на линии соприкосновения. Бывший офицер 47-й механизированной бригады Николай Мельник говорит о дефиците пехоты. Министр обороны Михаил Федоров заявлял в январе, что около 200 тысяч человек дезертировали или самовольно покинули части, а почти два миллиона уклоняются от службы. Одновременно Евгений Меживикин из Главного управления доктрин и подготовки Генштаба сообщил о намерении сосредоточить обучение внутри страны. Роб Ли из Института внешнеполитических исследований писал в X, что у бригад часто остается менее двух недель на подготовку новобранцев.
По мнению Кузана, мобилизация сегодня ведется по трем каналам: через традиционный призыв, прямой набор в бригады и переводы между подразделениями. Успешнее действуют те части, которым доверяют и где выстроена система поддержки. Украина также вводит новые контракты, предусматривающие отсрочки и ротации.
Бывший командующий сухопутными войсками США в Европе Бен Ходжес подчеркивает, что задача состоит не только в увеличении численности, но и в укреплении институциональной устойчивости армии — подготовке, оснащении и управлении. Аналитик Орест Зох отмечает, что в условиях быстро меняющейся тактики разовой подготовки недостаточно.
В публикации делается вывод, что мобилизация стала для Украины проверкой дееспособности государства. Технологии, включая беспилотники и укрепления, позволяют частично компенсировать численное отставание, однако в затяжном конфликте решающим остается качество подготовки и поддержка военнослужащих.
*организация признана террористической и запрещена в России
