FA пишет, что США оказались не готовы к революции в военной технике, связанной с развитием беспилотников. Авторы материала Жаклин Шнайдер и Джулия Макдональд отмечают, что конфликт на Украине показал необходимость пересмотра американской оборонной стратегии. Нынешние решения Вашингтона о закупках и разработке дронов принимаются поспешно и без чёткой системы. Передает ИноСМИ.
Ещё десять лет назад США считались лидером в разработке беспилотников, использовав таких дронов, как Reaper и Predator, для точечных ударов и разведки. Однако Израиль, Россия и Украина наглядно продемонстрировали эффективность нового поколения БПЛА, которые теперь применяются не только для разведки, но и для ударов по технике, войскам, а также для доставки медикаментов и грузов на передовую. Эти устройства стоят значительно дешевле и управляются непосредственно с линии фронта. Россия активно использует волны беспилотников-камикадзе, ракет и управляемых авиабомб, поражая украинские энергетические и промышленные объекты, а Киев и Москва одинаково полагаются на небольшие БПЛА и барражирующие боеприпасы для ведения боевых действий и снабжения.
Несмотря на заявления министра обороны Пита Хегсета о необходимости доминирования в сфере дронов, США по-прежнему делают ставку на дорогостоящие системы прошлых лет. Новые программы, такие как CCA (Collaborative Combat Aircraft) и LASSO (Low Altitude Stalking and Strike Ordnance), всё ещё находятся на стадии разработки, а их стоимость остаётся высокой. Так, CCA оцениваются в 15–20 миллионов долларов за единицу, а LASSO — от 70 000 до 170 000 долларов. При этом остаётся сомнительным, смогут ли американские компании производить сопоставимое с Украиной количество дронов — порядка 200 000 в месяц.
Авторы FA подчёркивают, что одной лишь масштабной закупки беспилотников недостаточно. США нужно пересмотреть ключевые принципы, определяющие структуру вооружённых сил, и отказаться от подхода, сформировавшегося за десятилетия войн с низким уровнем потерь. Потребуется реформировать систему оборонных закупок, изменить отношение к потерям среди американского общества и отказаться от ориентации исключительно на дорогостоящие крупные платформы.
В статье напоминается, что развитие БПЛА в США началось ещё во Вьетнаме, где они использовались для выполнения опасных разведывательных задач. После войны в Персидском заливе стратегия применения дронов стала сочетать стремление к минимизации рисков и желанию вести короткие и решительные кампании. Однако после распада СССР приоритет в финансировании получили крупные пилотируемые системы, что затормозило развитие беспилотных технологий.
После терактов 11 сентября США сделали ставку на дроны Predator и Reaper, которые стали важной частью стратегии «войны с терроризмом». Однако эти системы оказались дорогими, зависимыми от погодных условий и ограниченными по манёвренности. Их использование также вызывало споры из-за высокой стоимости и не всегда эффективного взаимодействия с сухопутными войсками.
FA делает вывод, что без пересмотра стратегии США и чёткого понимания роли дронов в будущих конфликтах даже масштабные закупки новых систем не позволят Вашингтону сохранить военное преимущество.
