Перенос американских промышленных мощностей в Китай, начавшийся ещё в 1980-х, сегодня оборачивается для США серьёзной стратегической проблемой. Как отмечает Наталья Мильчакова из Freedom Finance Global, корпорации вроде Tesla, Apple, Boeing, Coca-Cola, PepsiCo и Procter&Gamble десятилетиями развивали бизнес в Китае, пользуясь дешёвой рабочей силой, лояльным отношением к экологии и привлекательными условиями для инвестиций. В результате США, стремясь сократить издержки, фактически создали себе конкурента глобального масштаба. Пишет Взгляд.
По словам Ильяса Зарипова из РЭУ им. Плеханова, речь не шла о продуманной политике — решения принимались на уровне бизнеса. Тогда власти США были уверены, что финансовое доминирование обеспечит им глобальное лидерство. Однако ставка на снижение затрат и вынос загрязняющих производств за пределы страны дал обратный эффект: Китай не только обогатился за счёт инвестиций и технологий, но и сумел развить собственные высокотехнологичные отрасли — от машиностроения до производства микросхем и роботов.
Ярким примером зависимости стало производство продукции Apple. Сегодня до 90% смартфонов компании собираются в КНР. Как подсчитали в Bank of America, перенос этих мощностей в США приведёт к удорожанию продукции почти в два раза — за счёт более высокой стоимости труда, логистики и экоплатежей. Вопрос в том, выдержит ли американский потребитель такой рост цен, если другие производители предложат более доступные альтернативы.
Всё это стало возможным благодаря реформам, начатым в Китае при Дэн Сяопине, которые обеспечили защиту инвесторов и свободный вывод капитала. Вслед за США в Китай пришли и европейские компании. Так КНР получила колоссальные объёмы капитала, технологий и ноу-хау, которые стали базой для собственного экономического рывка. В 1997 году Пекин поставил задачу — к 2017 году создать собственные конкурентоспособные бренды. И эту цель, как подчёркивает Мильчакова, Китай выполнил полностью: сейчас китайский автопром и технологические компании уверенно конкурируют с США и ЕС.
Однако в Вашингтоне только спустя десятилетия осознали масштабы зависимости. Уже в 1996 году Нэнси Пелоси предупреждала о рисках, связанных с дисбалансом в торговле и утечкой технологий. Но до первого срока Дональда Трампа никто всерьёз не рассматривал последствия. Именно при Трампе началась торговая война, и США начали пересматривать отношения с Пекином. Пандемия, геополитическая напряжённость и перебои в поставках лишь усилили курс на возврат стратегически важных производств на родину.
Сейчас американские власти ведут агрессивную политику в отношении китайского бизнеса. Huawei подверглась санкциям, китайские компании уходят с американских бирж, судьба TikTok в США до сих пор не решена. Мильчакова уверена, что при таком отношении Китай не будет стремиться возвращаться на рынок США, а предпочтёт расширяться в Юго-Восточной Азии — например, в Таиланд, Индонезию и Сингапур.
При этом Зарипов задаёт резонный вопрос: если США вводят пошлины против Китая, то почему бы китайским компаниям не рассмотреть страны, где таких барьеров пока нет — например, Россию или Белоруссию? С учётом текущих процессов, эта гипотеза уже не выглядит фантастической.
