Администрация Дональда Трампа продолжает активно продвигать свою экономическую и энергетическую повестку, но уже сейчас появляются первые признаки того, что реализация этих планов столкнется с серьезными трудностями. Как отмечает обозреватель РИА Новости Сергей Савчук, ключевые вызовы связаны с глобальной нефтяной политикой, отношениями с ОПЕК, а также структурными проблемами энергетического рынка США.
Одним из главных событий последних дней стало обращение Трампа сразу к двум сторонам – Саудовской Аравии, играющей ведущую роль в ОПЕК, и американским нефтедобывающим компаниям. Президент призвал увеличить добычу нефти, чтобы стабилизировать цены и укрепить экономику США. Однако ни Эр-Рияд, ни крупнейшие американские нефтяные корпорации не отреагировали на этот призыв, что стало для Трампа неприятным сигналом.
Исторически США стараются держаться в стороне от картельных соглашений ОПЕК, предпочитая вести независимую политику на мировом нефтяном рынке. Однако ситуация осложняется тем, что Америка остается крупнейшим потребителем нефти, ежедневно расходуя около 20,6 миллиона баррелей при собственной добыче в 13 миллионов. При этом стратегический резерв страны, ранее достигавший 700 миллионов баррелей, сегодня заполнен лишь наполовину – это худший показатель с 1983 года. Снижение запасов во многом связано с политикой администрации Джо Байдена, которая активно использовала резервы для снижения цен на топливо внутри страны.
Любопытно, что Министерство энергетики США в своих официальных отчетах объясняет сокращение стратегических запасов не только внутренней политикой, но и снижением поставок из России. Это указывает на глубину зависимости американского энергетического рынка от глобальных процессов, несмотря на все попытки Вашингтона позиционировать себя как независимого игрока.
Саудовская Аравия, как и другие участники ОПЕК, не спешит идти на уступки США. Ранее Байден трижды приезжал в Эр-Рияд с аналогичными просьбами, но не добился результата. Саудиты предпочитают действовать исходя из собственных интересов, поскольку доходы от нефти формируют до 90% экспортных поступлений страны. Кроме того, государственный долг Саудовской Аравии за последний год увеличился на 39 миллиардов долларов, что делает вопросы нефтяной политики для Эр-Рияда еще более чувствительными.
Но проблемы возникают не только на международном уровне. Внутренний нефтедобывающий сектор США также демонстрирует определенные сложности. Количество действующих буровых установок на американских месторождениях достигло исторического минимума: в декабре 2023 года их насчитывалось 589, что на 200 единиц меньше, чем два года назад. Трамп уже отменил введенный ранее запрет на бурение в заповедных зонах, однако наращивание добычи – процесс небыстрый, и его реальный эффект будет заметен лишь спустя годы.
Крупнейшие американские нефтяные компании, такие как ExxonMobil, Chevron и ConocoPhillips, за последние три года получили колоссальные прибыли – около 250 миллиардов долларов. Однако их бизнес-модель не предусматривает резкого увеличения добычи, так как это может снизить рыночные цены и ударить по прибыльности. В первую очередь корпорации заинтересованы в долгосрочных инвестициях и расширении доступа к богатым месторождениям, а не в немедленном увеличении производства.
На фоне этих событий еще одно важное заявление сделал Дуг Бергам, министр внутренних дел в новой администрации Трампа и сопредседатель Энергетического совета Белого дома. Он обратился к владельцам электростанций с призывом увеличить производство электроэнергии на 10-15%. Это связано с амбициозными планами по реиндустриализации США и поддержке промышленных предприятий, возвращающихся в страну.
Однако вопрос энергетических ресурсов становится ключевым вызовом для Трампа. Потребление природного газа в США ежегодно увеличивается на 20 миллиардов кубометров, а существующая генерация уже работает на пределе возможностей. Дефицит энергии может стать серьезным препятствием для заявленных экономических реформ. Это подчеркивает, что главной проблемой для Трампа становится не столько геополитическое противостояние с Россией или Китаем, сколько нехватка базовых ресурсов внутри самой страны.
